Он преднамеренно оставил ее наедине с Амосом, который тут же заявил, что, по его мнению, ей лучше уехать из кибуца.

— Но почему? — запротестовала Лин. — Я нормально работаю, разве не так?

— Мы здесь даем не просто работу. Мы даем возможность начать новую жизнь. Но ты отличаешься от нас, Лин. И в глубине души ты сама это понимаешь.

Она опустила глаза на свои лежащие на коленях руки.

— Боюсь, это правда.

— Тебе нужно было время, чтобы прийти в себя, и мы тебе его дали, — твердо продолжал Амос. — Но теперь пора домой, там решать проблемы.

— Это Морган Френч попросил вас сказать мне все это? — поинтересовалась Лин. — Так ведь?

— Ну, мы договорились… — начал было Амос.

Но Лин наклонилась вперед и не дала ему докончить.

— Какое право имеете вы оба решать что-либо за меня?

— Никакого, — согласился Амос. — Если не считать того, что мы старше и, может, чуточку мудрее тебя, а ты, кажется, сама не знаешь, чего хочешь. — Он дотронулся до ее руки. — Возвращайся домой, Лин. Только дома ты сможешь быть по-настоящему счастлива. — Лин ничего не ответила, и он встал. — Прежде чем уедешь, не забудь зайти попрощаться.

Когда Морган принес ей кофе и сандвич, Амоса уже не было. Лин смотрела в стол, изо всех сил стараясь сдержать слезы.

— Кофе и сандвич с сыром, — сказал он. — Этого достаточно?

Она вдруг разозлилась и уставилась на него горящими глазами.

— Вам ведь все равно! — горько воскликнула она. — Вы так спешите побыстрее вернуться домой, что договорились о том, чтобы меня просто вышвырнули из кибуца! — Морган и не собирался отрицать этого, он просто смотрел на нее прищуренными глазами. — Неужели вы не могли дать мне пару дней на размышление?

— А зачем? — коротко спросил он. — Вы вернетесь со мной в Англию, и вы это знаете.

— Нет, не знаю! — воскликнула Лин, чуть не взвизгнув, и вскочила на ноги.