– К Тауэру, будьте любезны.

– Будет сделано, шеф.

Откинувшись на спинку сиденья, Уильям вздохнул. Он явился в Лондон по настоянию Питти. Серьезные решения по поводу Торн-Хауса имел право принимать только он. Слова «как считает нужным герцог Торнкрест» предшествовали каждому приказанию Питти. Ему уже исполнилось тридцать шесть лет, девятым герцогом Торнкрестом он стал в десятилетнем возрасте, после того, как его отец рухнул с балкона в поместье Киттредж-Мэнор. Мать Уильяма, которая всегда была слаба здоровьем, не дожила до одиннадцатого дня рождения сына, и бабушка с властностью, присущей только вдовым герцогиням, взялась за воспитание внука.

От отца он унаследовал крепкое сложение, от матери – смуглоту, а от бабушки – рассудительность. Вместе с титулом Уильяму достались шесть поместий, Торн-Хаус, солидный счет в банке, фамильные драгоценности и обязанность хранить семейные традиции.

Последнее означало, что он обязан жениться и обзавестись сыном – будущим десятым герцогом Торнкрестом. Возникало лишь одно препятствие: девятый герцог не имел ни малейшего намерения жениться.

Среди его знакомых не было людей, счастливых в браке. Никто в роду самого Уильяма не знал, что такое счастье. Отпрыски рода Ландри выбирали себе самых неподходящих супругов и до конца жизни, а может быть, и в вечности, были несчастны. Предки рода Ландри покоились в фамильном склепе в Лестершире. Уильям недоумевал, не понимая, как род до сих пор не угас, ибо на протяжении жизни последних пяти поколений у каждого герцога Торнкреста рождался всего один ребенок, сын по имени Уильям, который и наследовал титул.

По традиции герцоги и герцогини после рождения ребенка разъезжались по разным домам и их жизненные пути расходились. Эта традиция ничуть не привлекала нынешнего герцога. Если его долг – произвести на свет очередного Торнкреста, с этим можно подождать. Причем подождать как можно дольше. Уильям сомневался, что в Англии найдется хотя бы одна женщина, способная отказаться от титула герцогини и обеспеченной жизни.