Синтия принесла ему кофе с его любимыми пирожными. Нежный воздушный рулет с кремом из взбитых клубничных сливок и корзиночку с кремом, джемом и мармеладом.

Роберт искренне жалел, что Синтия уходит. Лучшей помощницы ему не найти. Она верой и правдой служила Роберту в течение семи лет, а теперь, выйдя замуж, решила обзавестись детишками. Конечно, эгоистично осуждать ее за это вполне естественное желание. Но что делать ему, оставшемуся в одиночестве начальнику?

В одном Роберт мог быть уверен на сто процентов: если он не найдет помощницу в ближайшее время, этим займется Рейчел. Ее, как никого другого, обрадовал уход Синтии. Рейчел почему-то вбила себе в голову, что начальник непременно должен быть влюблен в свою помощницу. Синтия была очень привлекательна. Но Роберт никогда не смотрел на нее как на женщину. Скорее, как на партнера. Только объяснить это, как и многое другое, Рейчел было невозможно.

Роберт с ужасом представлял себе помощницу, которую найдет ему его бдительная любовница и партнерша. Это будет какая-нибудь дама в очках, сухая, с пронзительным взглядом и блеклым голосом. Тогда можно будет забыть о кофе с пирожными. Уж Рейчел-то проконтролирует, чтобы Роберт не пичкал себя "холестерином" и "калориями". Нет, нет... У него не так-то много радостей в жизни, чтобы лишать себя сладкого...

В половине пятого к Роберту, размышляющему над тем, позвонить Рейчел или дождаться ее звонка, зашел Тони Морино. Тони, пузатый тридцатилетний холостяк, был его приятелем и единственным человеком в издательстве, который знал, что у Роберта роман с Рейчел.

- И долго еще ты собираешься просиживать штаны? - задал Тони традиционный для конца рабочего дня вопрос.

Роберт оторвал взгляд от бумаг, ворохом лежащих на столе, и посмотрел на весельчака Тони.

- Не знаю. Сегодня мне хочется быть дома как можно позже...

- А как же красотка Рейчел? - улыбнулся Тони. - Окажись я на твоем месте, меня ничто бы не задержало... Я пулей вылетел бы отсюда и ворвался бы в объятия Рейчел, как осенние листья в объятия ветра...