А Филипп… Он нашел ее сам. Но не в великосветских гостиных, не в семействах знаменитых герцогов или графов, на худой конец, даже не в семье какого-нибудь банкира-буржуа, породниться с которым было унизительно, но возможно. Прелестную Лоретту он обнаружил в швейной мастерской своего отца, куда зашел совершенно случайно.

Его возлюбленная, ради которой были забыты и Версаль, и друзья, оказалась, увы, простой белошвейкой. Ее имя не украшалось столь милой сердцу дворянина частицей «де». Она была просто Лоретта Роше и не имела никакого приданого, если не считать жалкого жалованья, которое получала из кармана старшего де Тальмона.

Могла ли судьба посмеяться над Филиппом сильнее?

Увлечение сына старик де Тальмон воспринял положительно. Можно сказать, он огорчился, узнав, что девушка отказывается быть содержанкой Филиппа. Старик не любил осложнений, пусть даже самых незначительных, и никогда не позволял маленьким проблемам разрастись в большие. Но на этот раз дело казалось пустячным. Чем могла привлечь Филиппа эта юная простушка после образованных и утонченных светских жеманниц? А если и могла, то разве надолго?

В конце концов принц допускал и продолжительное увлечение, пусть даже очень длительное. Главное, чтобы Лоретта Роше не мешала тому, что стоит гораздо выше ее счастья и любви.

Осознать то, что его сын потерял голову, старый принц смог лишь тогда, когда Филипп наотрез отказался от подобранной ему невесты. Отказался не только от женитьбы, но и от помолвки. Эта кокетка из швейной мастерской явно намеревалась погубить его. Филипп заявил, что женится только на ней: не было ли это свидетельством его сумасшествия?

Принудить взрослого и вполне самостоятельного полковника к браку старый принц был не в силах. Зато на следующий же день после неудавшейся помолвки на стол премьер-министра герцога де Шуазеля легло письмо. В нем полковнику предлагалось покинуть Париж в двадцать четыре часа, а Францию в течение четырех суток. Его отсылали в Вест-Индию.