— Кала Фуэрте, si.

— Вы знаете, где Кала Фуэрте?

— Si, si, — закричали таксисты хором.

— Может, кто-нибудь все-таки говорит по-английски?..

— Да, — раздался голос. — Я говорю.

Это был водитель четвертого такси. Пока его товарищи соблазняли Селину, он спокойно стоял, докуривая сигару, а теперь, стряхнув ароматный столбик пепла, растоптал его и присоединился к остальным. Нельзя сказать, что Селина почувствовала себя увереннее. К ней приблизился огромный — очень высокий и очень толстый — человек. На нем была синяя рубашка с распахнутым воротом, открывавшим черную мохнатую грудь, штаны поддерживал замысловатый кожаный пояс, а на макушке торчала дурацкая соломенная шляпа из разряда тех, которые туристы привозят из дальних странствий. Несмотря на то, что утро было пасмурное, на носу у великана красовались солнцезащитные очки; тоненькие черные усики заставляли предполагать, что их обладатель мнит себя донжуаном. В общем, вид у толстяка был такой злодейский, что Селина вздрогнула.

— Я говорю по-английски, — сказал он с сильным американским акцентом. — Я работал в Испании на военно-воздушной базе США.

— Ну что ж... — Селина предпочла бы этому бандиту любого из остальной троицы, как бы прекрасно он ни говорил по-английски!

Гиганта ее нерешительность не смутила.

— Куда хотите ехать?

— В... Кала Фуэрте. Но...

— Я вас отвезу. Шестьсот песет.

— О! Мм... — Селина с надеждой взглянула на других таксистов, но они, казалось, уже смирились с поражением. Один даже вернулся к машине и принялся драной тряпкой протирать ветровое стекло.

Селина повернулась к великану в соломенной шляпе. Он ухмыльнулся, продемонстрировав отсутствие нескольких зубов. Проглотив комок в горле, Селина сказала:

— Хорошо. Шестьсот песет.

— Где ваш багаж?

— Пропал. Потерялся в Барселоне.