И это происходило совсем не потому, что наследник одного из самых могущественных и богатых людей Флоренции, купца благородного искусства Калималы, мессира Никколо Бельтрами, был нехорош собой или не нравился дамам. Многие дочери негоциантов, банкиров и даже девицы из благородных семей засматривались на тридцатилетнего молодого человека с открытым лицом и к тому же прекрасно образованного. Живой взгляд его черных бархатных глаз иногда становился нежным и глубоким. Правда, это происходило нечасто. Франческо остерегался женщин.

Как и у любого молодого мужчины, у Франческо были любовницы, но постоянной подруги он не заводил. Иногда он менял женщин, но его выбор всегда падал на красивую, не слишком далекую женщину. Ему доставляло удовольствие дарить своей избраннице красивые вещи и украшения, но он старался всячески избегать всевозможных осложнений в отношениях. Такая сделка вполне удовлетворяла его, но заставляла горестно вздыхать его отца. Старик мечтал видеть в своем городском дворце и на любимой вилле в Фьезоле множество внучат. К несчастью, три года назад он покинул этот мир, так и не познав долгожданной радости. Франческо считал, что для него время выбора еще не наступило, а Никколо боялся, что оно так и не наступит.

Внезапная смерть отца стала ударом для молодого человека. Он не был к ней готов. Дела, оставленные отцом, шли очень хорошо, и Франческо не нужно было с головой окунаться в них. Тем не менее он стал реже навещать друзей и любовниц и весь отдался путешествиям не только по своим коммерческим делам, но и из любви к приключениям.

Приближаясь к Ушским воротам, за которыми начиналась одна из главных улиц города, пересекающая его с севера на юг, Франческо радовался жизни, был доволен своей судьбой и самим собой. Но едва он преодолел глубокий ров с водой, где скопились отбросы из соседних кожевенных мастерских, и увидел замерзших дежуривших солдат, как сердце его, словно в предчувствии беды, сжалось. В облике города было что-то непривычное…