- Привет, Кассиди, - завидев подошедшего коллегу, произнес Гленн. - Ты быстро добрался. Тебя прислал Краудер?

Энтони Краудер был окружным прокурором, шефом Кассиди. Кассиди проигнорировал вопрос Гленна и кивнул в сторону парочки, сидевшей на диване.

- Кто это?

- Ты что, не смотришь телевизор?

- Только не религиозные программы. Никогда не видел выступлений этого проповедника.

- Это Ариэль Уайлд, жена проповедника, - сообщил Гленн. - И его сын Джошуа.

Молодой человек посмотрел на Кассиди. Тот протянул руку и представился:

- Помощник окружного прокурора Кассиди. Джошуа Уайлд пожал протянутую ему руку. Пожатие оказалось довольно крепким, хотя рука была мягкая, гладкая, ухоженная - не рука труженика. У Джошуа были выразительные карие глаза и темно-коричневые вьющиеся длинные волосы. Короче, он был хорош собой, даже немного слащав. Родись он пару веков назад и на другом континенте, быть бы ему завсегдатаем модных салонов, наверняка к тому же пописывал бы романтические стишки. Кассиди даже подумал, что Джошуа вряд ли играл когда-либо в бейсбол, ночевал на открытом воздухе или кутил с приятелями.

Речь его отличалась правильностью и мягкостью.

- Найдите этого злодея, мистер Кассиди.

- Я как раз и намереваюсь сделать это.

- И заставьте его ответить перед судом.

- Его? А вы уверены, мистер Уайлд, что убийцей вашего отца был мужчина?

Джошуа разволновался:

- Вовсе нет. Я сказал это в общем смысле.

- Тогда вполне можно допустить, что это была женщина. До этого момента вдова не проявляла интереса к разговору, она лишь плакала, комкая в руках носовой платок. Внезапно женщина откинула назад светлые прямые волосы и уставилась на Кассиди диким, фанатичным взглядом. В лице ее краски было не больше, чем в белой гипсовой лампе, стоявшей на краю столика, но на нем выделялись глаза удивительной красоты - голубые, опушенные длинными ресницами, на которых мерцали слезинки.