— Это Клэйри. Здешняя повелительница.

Дженни пожала пухлую теплую руку, гадая, что может означать Клейри. Клара, Кларисса, а может быть, Кларабель?

Вскоре они уже дружески болтали, хотя правильнее было бы назвать это монологом Клейри.

Да, ей почти шестьдесят, и силы уже не те, что раньше, но сто человек она и сейчас накормит до отвала и даже не поморщится. О, конечно, хлопот у нее полно — ведь с тех самых пор, как в доме появилась вторая сеньора Фергюсон, на Клейри легли абсолютно все заботы по дому. Она хорошая женщина, сеньора Эсамар, но хозяйство вести не умеет совершенно. Оно и понятно — женщины сельвы привыкли к простой пище и еще более простому быту. К тому же она понятия не имеет, что значит делать запасы, ведь в здешних деревнях их никто и не делает. Как почему? Потому что в здешнем воздухе, да жарище ничего толком не сохранишь. Уже на второй день в мясе полно белых личинок.

Тут Клейри испытующе посмотрела на гостью — не скривится ли она брезгливо. Но Дженни только понимающе кивнула и заметила, что в таких случаях хорош лимонный сок или уксус. А вернее всего — холодильник. Клейри разразилась громким хохотом. Да ведь в здешних деревнях нет никакого электричества! Все, что есть — это пара старых динамо-машин, от которых питается какой-нибудь старенький морозильный шкаф в местном баре. Выпивка для местных — первое и святое дело. А и как здесь не пить? Ведь ром лучше любого новомодного лекарства спасает от болячек да поносов.

Под конец этой увлекательной беседы Дженни попросила у Клейри прощения за то, что вынуждена вторгаться в ее царство и выразила надежду, что та не обидится. Ответом ей была белоснежная улыбка.

— Золотко мое, можете вторгаться, сколько вам влезет. Я только рада буду. Я ведь не совсем одичала здесь, почитываю ваши статьи, и мне очень нравится. Вкусно пишете. Сразу видать, что вы в этом разбираетесь.