Она была уверена, что ему ни капельки не жаль, но с нетерпением ждала продолжения. Продолжения не последовало, и Элси сказала:

— Мне все же интересно знать, как вы дошли до обсуждения моей.., ситуации.

— Ах да. — Однако он не торопился удовлетворить ее любопытство. — Дай подумать, о чем мы беседовали… По-моему, о недавнем падении цен на бирже. Естественно, всплыло имя Роджера Марча…

— Естественно?

— В конце концов, это же было самое жуткое падение цен за последнее десятилетие, не так ли? А безвременная кончина твоего отца стала настоящей трагедией. — На лице Родриго отразилось искреннее сожаление. — Поверь, я очень сочувствую тебе и твоей сестре.

— Нам твое сочувствие ни к чему, — сдержанно ответила Элси, но, хотя прошли месяцы с тех пор, как жизнь ее отца оборвал сердечный приступ, она все еще никак не могла прийти в себя.

— Estoy sincero. Я говорю это искренне, — заверил ее Родриго. — Хотя я не испытывал симпатии к этому человеку, я бы не пожелал того, что с ним случилось, и злейшему врагу!

— И вот ты вздумал предложить мне работу, — с презрением произнесла она. — Как мило!

— Не язви, Элси. — Родриго вздохнул. — Это на тебя не похоже. Просто потому, что тебя бросил жених…

— Да как ты смеешь!

Элси еще раз попыталась подняться, но на этот раз ей помешал официант. Не разобравшись, в чем дело, он решил, что посетительница собирается пододвинуть стул ближе к столу, и помог ей сделать это, после чего раскрыл перед ней меню.

— Я вернусь через пару минут и приму ваш заказ, — вежливо проговорил он.

Но как только официант удалился, Элси устремила на Родриго полный негодования взгляд.

— Да как ты смеешь, — снова начала она, — обсуждать мою частную жизнь с.., с…

— С человеком, за которого ты собиралась замуж? — сухо закончил ее собеседник. — Может, тебе лучше у него спросить, почему он треплет направо и налево, что сестры Марч остались без гроша.