– Я слыхала, что в Шотландии большие семьи тоже не редкость. И что члены каждого клана, пусть даже дальние друг другу родственники, всегда горой стоят друг за друга. Это правда?

– Правда. Конечно, настоящие клановые отношения уже в прошлом. Но и по сию пору каждый настоящий шотландец помнит родовой праздник своего клана и, где бы он ни был, надевает в этот день национальный костюм.

– А ваша семья? Наверное, у вас в этих краях много родичей, раз вы живете здесь с незапамятных времен.

– Увы, как раз наша-то семья не столь многочисленна. Фактически Фергюссоны разлетелись по всему свету, а здесь, на родине, сейчас кроме меня остались лишь три моих внука. Уильям, старший, занимается общим руководством, а особенно приглядывает за нашим недавним капиталовложением – нефтяными разработками в Северном море.

– Нефтяные разработки?! – тихонько ахнула Эстелла.

Ничего себе размах. Ну и семейство!

– Джералд, средний, – продолжала меж тем леди Фергюссон, – взял на себя заботу о принадлежащих нам сельскохозяйственных угодьях. Правда, порой мне кажется, что милее всего ему побочное дело – морской туризм. В последние годы многие предпочитают проводить отпуск здесь, на севере, а не на теплых морях. Кстати, в вашем резюме говорится, что вы работали на прогулочном пароходике в Дублине.

– Да-да, – поспешно кивнула молодая женщина. – Отвечала за закупку продуктов.

Если, конечно, пиво и чипсы с орешками можно назвать «продуктами».

– Значит, работа в камбузе вам знакома?

– Да-да. Совершенно верно.

– И морской болезнью вы не страдаете?

– Ни разу не было.

Так-то оно так, но нельзя сказать, чтобы ей приходилось проходить проверку на прочность. То суденышко, на котором Эстелла плавала в Дублине, редко выходило за пределы гавани. Надо бы заранее запастись леденцами от укачивания! – подумала она.