Такси уехало. А молодая женщина, с бешено бьющимся сердцем, осталась стоять перед высоким парадным крыльцом величественного каменного здания с башенками и острыми готическими шпилями.

В Эстелле мгновенно вспыхнуло свойственное ей любопытство. Должно быть, владельцы Холла – по-настоящему древний род, с богатой и занимательной историей. Быть может, во время собеседования удастся разговорить леди Фергюссон. Ведь люди так любят рассказывать о себе и о своих предках! И кстати, чем меньше внимания будет уделено самой кандидатке на место, тем лучше.

К глубокому удивлению Эстеллы, ее провели в небольшую, но исключительно изысканную комнату, где в глубоком кресле у окна сидела пожилая, а говоря уж совсем откровенно, старая женщина. На коленях у незнакомки лежал томик Шекспира, а на столике рядом стоял кувшин с соком и вазочка с узорным печеньем. Подходя ближе, Эстелла всей кожей почувствовала, что подвергается самому, что ни на есть пристальному и тщательному осмотру.

Она ожидала увидеть женщину гораздо моложе, но неожиданно отчетливо поняла, что эта почтенная дама и есть та самая леди Фергюссон. На всем облике дамы в кресле лежала печать врожденного аристократизма и строгого величия. Строгое жемчужно-серое платье с высоким воротником, аккуратно уложенные седые букли, тяжелое агатовое ожерелье на шее придавали хозяйке Холла вид, по меньшей мере, вдовствующей королевы.

Эстелле вдруг сделалось крайне неуютно. Казалось, не по возрасту живые и острые глаза леди Фергюссон не упускают ни мельчайшей подробности во внешности кандидатки, ни малейшей погрешности – от зацепившегося за густые кудри дубового листочка до крошечной царапинки на носке туфли.

Под этим взглядом молодая женщина ощутила себя до ужаса неуместно одетой. Ну какой бес дернул ее сегодня надевать обтягивающие джинсы и яркую блузку? Строгий деловой костюм подошел бы куда лучше. Да вот только Эстелла сроду не носила строгих деловых костюмов. Высоко подняв голову, она отважно приготовилась отразить любые нападки самой своей ослепительной улыбкой.