Меррик почувствовал, что Летта хочет вставить еще словечко, и поспешно заговорил сам:

- Пока ей еще не время заняться готовкой, я отведу ее в поле, пусть там работает, - он не стал уточнять, что сам собирается работать рядом с Ларен.

Прекратив на этом спор, Меррик поволок Ларен прочь из дому. Он понимал, что она и сама с радостью пойдет с ним, но полагал, что, если она пойдет неохотно, испуганно, это успокоит почти всех заинтересованных лиц.

Солнце поднялось высоко над головой, земля еще оставалась сырой, но озерца жидкой грязи уже подсыхали. Внезапно Ларен осела и завопила:

- Не тащи меня! Куда ты меня тащишь? Меррик, ухмыляясь, обернулся к ней:

- Неплохо сработано, но больше нет никакой надобности притворяться. Выпустив руку Ларен, он бросил через плечо:

- Иди за мной, да пошевеливайся!

Ларен поспешила за ним. Не останавливаясь, Меррик продолжал говорить через плечо:

- Выдрать у нее все зубы, один за другим! Не мудрено, что она перепугалась!

- На это я и рассчитывала, - подхватила Ларен, поспешая, чтобы поравняться с ним.

Меррик только головой покачал, но Ларен уже не сдерживалась:

- Ненавижу Эрика! Негодяй, жестокий негодяй! Меррик, он ударил ее, ударил по лицу, только чтобы доказать: он тут мужчина, а она - грязь! Мне очень жаль, потому что он ведь твой брат, по я все равно ненавижу его. Грубое животное! Знаю я еще одного такого же!

- О ком ты?

Ларен смолкла, повела плечом, но так ничего и не прибавила.

Не глядя на нее, Меррик тихо произнес:

- Эрик очень изменился.

- Я рада, что ты не ударил его, когда он дал Сарле пощечину.

- Я готов был наброситься на него. Глупо, я не у себя дома, и я должен помнить об этом.

- Я не хочу оставаться здесь.