– Бриони! – громко крикнула Молли.

Бриони, сидевшая на ступеньках возле дома, влетела в комнату.

– Что случилось, ма?

– Ступай к мистеру Дамасу и возьми у него деньги, – произнесла Молли сквозь зубы.

Девочка кивнула и начала натягивать сапоги. Молли смотрела вслед дочери, и ее сердце сковывал страх. Надо следить за Бриони.

Молли взяла чайник и вздохнула. Вот уже год, как Эйлин живет в доме мистера Дамаса. С тех пор их комната очень изменилась. Теперь в ней стояли две добротные кровати с хорошими перьевыми матрацами, на полу лежали яркие цветные коврики, даже удалось каким-то образом втиснуть в комнату стол и стулья. У них всегда горел огонь в камине и было много еды. Молли скопила достаточно денег, чтобы переехать в маленький домик в Окслоу-Лейн. Переезд, конечно, будет великим событием, но мысли о нем не доставляли Молли радости.

Ее сердце разрывалось от горя, когда она думала о том, каким чудовищным способом они получили эти деньги. Последний ребенок Молли родился мертвым, а ее доченька, ее любимая Эйлин, некогда такая веселая и полная жизни, стала лишь тенью прежней Эйлин. Раз в две недели она приезжала к ним в гости, разодетая в пух и прах, но ее милое личико всегда оставалось бледным и несчастным. На нем было отчетливо написано, что ей пришлось пережить в доме мистера Дамаса. И с каждым приездом Эйлин становилась все печальнее.

Бриони шла к дому мистера Дамаса в приподнятом настроении. Ей нравилось там бывать. Ей нравился маленький садик, нравились красивые ковры и сладкий аромат, витавший в комнатах. Как правило, она задерживалась там, так как Эйлин всегда ее чем-нибудь угощала. По дороге она улыбалась и махала рукой знакомым. Ее маленькую фигурку в больших черных сапогах, купленных на деньги мистера Дамаса, и длинном пальто кирпичного цвета, подаренном Эйлин, многие уже хорошо знали. Ее выбившиеся, как обычно, из-под ленты рыжие волосы кольцами вились вокруг мордашки и ниспадали на плечи. Ей недавно исполнилось десять лет, и хотя ростом она не вышла, но привлекала внимание живыми зелеными глазами, с интересом смотревшими по сторонам, открытым лицом, молочной кожей, усыпанной веснушками.