Она помнила, как «Буревестник» выглядел десять лет назад. Кое-где облупившаяся старая краска на стенах, потемневшая черепица. На газонах там и сям виднелись песчаные проплешины, а по крыльцу главного входа расхаживали в поисках корма чайки. Все вокруг пахло солоноватой морской водой, а не духами гостей. Девушка с грустью призналась себе, что тот «Буревестник» ей милее.

Она перенесла штатив с аппаратом на несколько шагов правее и посмотрела в видоискатель. Нахмурившись, подошла к рододендрону и отвела в сторону закрывающую здание ветвь. Стоило Одри отвернуться, как ветка тут же упрямо вернулась на старое место.

Джон, из-за угла наблюдавшей за этой сценой, удрученно покачал головой. У Одри оказалось куда больше общего с Фредом, чем он подозревал. Вечное стремление управлять не только людьми и событиями, но природой, которую было бы лучше оставить в покое, ибо насильственное вмешательство, как правило, ни к чему хорошему не приводит.

Слава Богу, что Фред прислушался к его советам и оставил нетронутым клочок дикой природы — в противном случае весь прилегающий к отелю массив приобрел бы вид театральной декорации. Целых пятьдесят акров земли с ее флорой и фауной остались почти в первозданном виде.

Бедный, не видящий дальше собственного носа Фред! Тогда его чуть не хватил апоплексический удар. «Что? Да ты с ума сошел! — кричал он. — Как это не трогать?! Ты хоть представляешь, сколько стоят эти пятьдесят акров, если их разделать и продать?»

Джон, который сумел найти деньги на реставрацию гостиницы, пригрозил, что Фред не получит ни цента, если тронет хоть кустик. Так что кузену, у которого от ярости глаза чуть не вылезли из орбит, пришлось смириться. А когда отель, привлекавший к себе любителей природы, стал приносить большие доходы, Фредерик принялся на всех углах превозносить свое экологическое чутье и допревозносился до того, что его выдвинули кандидатом в законодательное собрание штата.