— Вот, затуши огонь возмущения. — Затем он подошел к окну и с деланным безразличием стал вглядываться в серебристую утреннюю дымку за окном. Чтобы привлечь мое внимание, подумал Джон с сожалением, девушке потребуется нечто большее, чем смелый купальник. И строго говоря, даже трудно представить, что именно может вызвать мой интерес…

— Проклятье, она спряталась в тень! — тяжело задышал ему в ухо Юджин, и Джон поморщился, когда его обдало сивушным запахом неразбавленного виски. Господи, уже успел нализаться…

Фредерик взялся не только за организацию, но и за обслуживание грандиозного мероприятия, представляющего собой нечто среднее между светской вечеринкой и политическим семинаром. Скорее всего, Юджин надрался для храбрости. Ну почему бы ему хоть раз в жизни не попробовать обрести уверенность другим способом?

— Подожди… Ага, вот она! Вышла из укрытия и идет к воде. — Юджин схватил кузена за руку. — Ух, какие ножки!

— Расслабься, парень, — спокойно сказал Джон. — Ножки ты видел и раньше.

Но по мере того, как он присматривался к стройной фигурке, вполне здоровый интерес взял верх над циничным любопытством. Да, девушка явно не походила на стандартных красоток с глянцевых обложек журналов. Она была… просто красива. Впрочем, нет — красота явно не та отличительная черта, которая могла бы вызвать у Джона внутреннюю дрожь. Его охватило странное чувство узнавания. Красотки на пляже в Сент-Вудбайне были столь же не экзотичны, как, например, устрицы. Джон вдоволь насмотрелся на изящных купальщиц, и их прелести давно уже не волновали его.

Но почему же он застыл у окна, не в силах вымолвить ни слова? Стараясь казаться равнодушным, Джон пожирал глазами женскую фигурку, пытаясь постичь, что именно приковало его внимание.

Девушка брела, понуро опустив голову. В заведенных за спину руках болтались белые босоножки. Вот она приблизилась к кромке воды и, когда набежавшая волна лизнула ее ноги, бросила взгляд на отель.