За каких-то двадцать минут все расселись по старым, разваливающимся фургонам, минивэнам и пикапам, принадлежавшим Черному Кресту. Мы с Лукасом запрыгнули в минивэн, за рулем которого сидела Дана, Ракель устроилась на переднем сиденье. Все остальное пространство машины было забито оружием.

— А куда мы, собственно, едем? — спросила я Дану, пытаясь перекричать орущее радио.

Она нажала на газ, занимая место в колонне.

— Была когда-нибудь в Нью-Йорке?

— Шутишь, что ли? — Но никто не шутил. Лукас окинул меня озадаченным взглядом, словно не мог понять, почему мне это кажется странным. Я попыталась объяснить: — Вы, ребята, везде таскаете за собой все это оружие и нападаете на вампиров. Но в большом городе вроде Нью-Йорка разве на это не обратят внимания?

— Нет, — отозвалась Дана. — Она никогда раньше не бывала в Нью-Йорке.

Ракель расхохоталась, в такт песне постукивая по приборной панели.

— Ты его полюбишь, Бьянка, — пообещала она. — Моя сестра Фрида раз в год возила меня туда, на Манхэттен. Там куча всяких галерей с такими эксцентричными произведениями искусства, что просто представить себе невозможно, чтобы кому-то подобное пришло в голову.

— У нас не будет времени ходить по музеям, — заметила Дана.

Ракель перестала барабанить, но только на секунду; как только зазвучал припев, она снова громко застучала по панели.

— И все равно странно, — обратилась я к Лукасу. — Как мы там устроимся?

Он ответил:

— У нас в Нью-Йорке есть друзья. Там размещается одна из самых больших в мире ячеек Черного Креста.

— Другими словами, — прокричала Дана, перекрывая музыку, — они там просто как сыр в масле катаются!

— Что, живут в пентхаусах? — пошутила я.

— Это вряд ли, — ответил Лукас, — но тебе стоит взглянуть на их арсенал. Думаю, не у каждой армии есть такая огневая мощь, как у нью-йоркских охотников.