И мы пошли и посмотрели. А посмотреть было на что.

Лори разошлась не на шутку. Я ее сроду такой не видел. Сидела верхом на коленках у нашего несчастного брательника, а Рой, судя по выражению его лица, готовился лопнуть от ярости. Связала она его на совесть — это я вам говорю, как сын и брат, соответственно, лучшего и второго лучшего загонщиков Техаса. Единственное, что мог сделать Рой, так это упрыгать на улицу вместе со стулом на заднице, но такого он себе конечно же позволить не мог. Рой хороший мужик, но уж больно правильный. И еще он не-на-ви-дит, когда над ним смеются. Но тут есть нюанс: это для меня он старший брат, а вот для Бранда и Гая…

Бранд привалился к дверному косяку и сладким голосом пропел:

— Ой, я смотрю, тебя уже заарканили, братишка?

Рой прорычал нечто нечленораздельное — да и слава богу, наверняка нецензурно! Бранд замурлыкал еще слаще:

— Лори, ты умеешь оказывать первую помощь при удушении? Он сейчас задохнется от злости, как мне кажется. Гай, ты видал когда-нибудь, чтобы живой человек был вот такого интересного цвета?

Гай у нас очень любит играть роль деревенского простачка или недалекого ковбоя, хотя на самом деле окончил Гарвард.

— Ну вообще-то, когда старый Джим Барнет хватил стакан керосина вместо виски… он тоже так побурел. Просто ему керосин не в то горло пошел. И еще Энди Гарсиа — однажды его лягнула в грудь моя пегая кобыла, он тоже тогда слегка изменился в лице…

— Заткнитесь, идиоты! Джои, развяжи меня! Быстро!

Я покачал головой и на всякий случай спрятался за спину Гая.

— Извини, Рой, но я не могу. Это нечестно. Тебя заарканила Лори, значит, она и должна тебя развязать.

— Я вот тебе покажу, что честно, а что нет…

— Малыш прав, Рой. Играем честно. Лори, детка, ты его отпустишь — или мы скажем маме, что его срочно вызвали в Остин?