— Это ты говоришь? — хихикнула Оксана.

И тут же поняла, что это был промах.

— В смысле? — нахмурилась Даша.

— Ну, я имела в виду мужчин…

— А мужчинам я тоже храню верность, это они мне изменяют, — холодно пояснила Даша. — А уж в делах порядочность — первое правило.

— Даже если тебе завтра предложат миллион?

— Не предложат — это во-первых, а во-вторых, миллион просто так не предлагают: значит, чего-то за эти деньги я лишусь. Я и так хорошо зарабатываю.

По дороге в «Останкино» Даша становилась все более мрачной.

Она не любила телевидение. Суета, ажиотаж, надуманные сенсации, массовый психоз — так она это видела.

— Только не коричневые! — одернула Даша гримершу, которая собралась было разукрасить ее в шоколадные тона.

— По-моему, это ваш цвет, — настаивала гримерша.

— Дело в том, что я точно уверена: это не мой цвет! — отрезала Даша. — С коричневыми тенями я выгляжу как после воспаления легких! И не надо со мной спорить!

Гримерша взглянула на Оксану. Та пожала плечами.

— Я все вижу! — заявила Даша. — Используйте серо-голубую гамму, и будет вам счастье.

Минут через двадцать Даша отправилась в павильон, а Оксана получила очень хороший звонок.

— Оксана, привет, это Захар, — донеслось из трубки. — Можешь говорить? У меня весьма деликатное дело. Какой у Даши размер одежды?

Захар хотел купить Даше подарок. Но был не уверен. И Оксана (дура-дура-дура!) даже не предложила — о нет! — навязалась ему помочь. Хотя ее просто спросили о размере.

Зато у нее будет возможность поговорить с ним пару часов. Глупо? А кто же спорит?

С записи Даша отчего-то вернулась веселенькая, под ручку с Ромой Зверем, хихикая и кокетничая.

Впрочем, флирт она обычно сводила к выразительным взглядам, которые можно было трактовать однозначно: «Я тебя хочу! Прямо сейчас!»