Рейвен удивленно подняла брови. У нее уже успел сложиться образ избалованной славой и деньгами эксцентричной особы, признающей только счастливый конец и имеющей нахальство указывать самому Джейсону Коулу, как надо снимать фильм по ее книге. Но она никак не предполагала, что Лорен Синклер ведет затворнический образ жизни.

– Вы позвонили как раз вовремя, – сказала Грета, секретарша Джейсона, когда Рейвен набрала его номер. – Шеф только что вышел из монтажной. Сейчас я вас соединю.

Пока Рейвен ждала у телефона, она попыталась представить, как в этот момент выглядит Джейсон, один из самых сексуальных мужчин Голливуда. Наверняка на нем сейчас черная просторная футболка, потертые джинсы и видавшие виды ковбойские полусапожки: такая одежда подчеркивает гибкость и мускулистость его тела. Густые длинные волосы растрепаны, лицо небрито, под неправдоподобно синими глазами залегли темные круги. Впрочем, он не производит впечатление человека крайне усталого. Скорее наоборот – он источает энергию и желание творить, несмотря на долгие часы изнурительной работы.

– Рейвен? – раздался в трубке бархатный баритон Джейсона.

– Привет! Как идут дела?

– Более-менее. От меня требуется очень много терпения.

Рейвен отлично знала, что Джейсон был очень нетерпеливым, когда дело касалось творчества, но в постели его нельзя было упрекнуть в отсутствии терпения. Во всяком случае, именно так утверждали его многочисленные любовницы.

И вот этому чрезвычайно талантливому темпераментному человеку Рейвен постаралась доходчиво объяснить причину своего звонка.

– Кажется, в конце романа Саванна благополучно рожает дочь? Так вот, мисс Синклер опасается, что ты в своем фильме не дашь ребенку родиться живым.

– С ребенком все будет в полном порядке! – заверил ее Джейсон. – Это Саванна умрет при родах.