Спасибо тебе!

Преклонившие колени женщины были ошеломлены. Ее похвалили за то, что она родила дочь! Но ведь все мужчины хотели иметь сыновей, и чем больше, тем лучше. И Забаай не исключение. Он гордился своими тридцатью пятью сыновьями, даже помнил имя и возраст каждого из них. Однако женщины все поняли: он так любит ее и поэтому готов простить ей все. Они смиренно вздохнули.

Ирис засмеялась, и ее тихий смех был полон озорного веселья.

— А разве я когда-нибудь делала то, чего от меня ждали, мой господин? — спросила она.

Его черные глаза смеялись ей в ответ. Бросив взгляд на остальных женщин, Забаай коротко приказал:

— Оставьте нас!

— Но только не Тамар, мой господин!

Ирис не хотела обижать Тамар, которая так добра к ней. Она не забывала: если Забаай умрет, то ее судьба и судьба ее дочери будут в руках старшего сына Тамар, Акбара.

Забаай наклонился, чтобы взглянуть на свою новорожденную дочь. Привыкший к крупным младенцам — мальчикам, он испытал нечто вроде благоговения при виде нежной крошечной девочки, отцом которой он был. Младенец спал, но изящные томные ресницы слегка трепетали на бледно-золотистой коже. Темные волосы девочки казались маленьким пучком пуха над ее красиво очерченной головой. Несмотря на дремоту, ее крошечные ручки двигались с трепетной неугомонностью, а тоненькие пальчики очаровывали его своими прозрачными миниатюрными ноготками. Он прекрасно знал, как нужно вести себя с сыном, но не знал наверняка, как следует обращаться с дочерью. Этот ребенок — единственный из всех его детей, рожденный от великой любви, которую он испытывал к его матери.

Подняв глаза, он заметил:

— Она очень маленькая! Ирис и Тамар рассмеялись.

— Девочки при рождении обычно бывают меньше мальчиков, мой господин, — сказала Тамар.

— Ох!

Он чувствовал, что ведет себя немного глупо, но ведь это его первая дочь!