– Надо признаться, что наша царица – да даруют ей боги долгую жизнь – женщина совершенно необыкновенная. Какие грандиозные планы она замышляет! С какой смелостью она принимает новые идеи! Например, новая усыпальница, которую она приказала построить по плану, противоречащему традиционным, освященным богами и обычаями, – сказал Пагир с восхищением.

– О да! Этот монумент испортит много крови нашим жрецам и архитекторам, – сказал Хартатеф, разражаясь сухим, пронзительным смехом. – Но фараон Хатасу – даруют ей боги славу и здоровье – одарена такой волей, перед которой надо или преклониться, или исчезнуть. А строительство под наблюдением Сэмну так продвигается вперед, что скоро будет закончено.

– Говорят, что Тутмес II очень плох и что его смерть ходит рядом, – начал снова Пагир. – Очень интересно было бы знать, как поступит царица. Оставит ли она маленького Тутмеса в изгнании в Буто или вызовет оттуда, чтобы разделить с ним трон? Как сын покойного царя, он имеет на это неоспоримое право.

– Это уж вопросы, мой добрый Пагир, которыми нам вовсе не следует заниматься. Решать их – дело богов и наших государей, наместников богов на земле, – вмешалась Сатати. – Скажи мне лучше, Хартатеф, нельзя ли будет нам позже присоединиться к свите царицы, чтобы тоже полюбоваться новыми кораблями? Говорят, они невиданных размеров и устроены по–особому.

– Конечно, можно! Ваша знатность дает вам на это право, а расположение, всегда оказываемое Хатасу Нейте, даже обязывает ее быть там, чтобы приветствовать царицу.

Легкий толчок прервал его и заставил обернуться. Большая лодка, наполненная молодыми людьми, брала их на абордаж. Начались рукопожатия и обмен приветствиями.

– Привет прекрасной Нейте! – крикнул красивый молодой мужчина в одежде воина.

Взяв из стоявшей рядом с ним корзинки букет великолепных цветов, он бросил их к ногам девушки.

– Благодарю тебя, Кениамун, возьми это в обмен на твое ароматное приветствие, – ответила Нейта, любезно улыбаясь.