– Вот и я, бабушка! – сказал таинственный гость, сбросив на пол плащ.

Оказалось, что это юноша ниже среднего роста. Вся его маленькая гибкая фигура дышала силой и энергией. Большие черные глаза, сверкавшие гордостью и отвагой, оживляли правильное лицо, которому улыбка, появившаяся в эту минуту, придала какую–то странную и неожиданную прелесть.

Услышав этот металлический голос, женщина вскочила и протянула руки юноше.

– Наконец–то я снова вижу тебя, мой дорогой Тутмес, – повторяла она, осыпая его ласками. – Я уже не надеялась больше на это счастье при жизни. Когда же я узнала, что тебя позвали сюда жрецы… О, как я переживала!

– Да, великий жрец вызвал меня, и я должен был рискнуть сбежать из крепости. К тому же мне хотелось увидеть тебя, бабушка, и Фивы. Ты не можешь себе представить, какое ужасное чувство угнетает сердце изгнанника, – добавил юноша, приглаживая свои густые, кудрявые волосы.

– Танафи, ступай и приготовь обед нашему молодому господину! Он утомился в пути, – сказала матрона старой рабыне, сидевшей у ее ног с опахалом в руках. Как только та вышла, она прижала к себе внука и поцеловала его в лоб.

– Неужели ты думаешь, что страдаешь один? – спросила она.

– Нет. Я знаю, что ты любишь меня. Но пойми, какое мучение чувствовать себя молодым, деятельным, призванным по праву повелевать – и жить забытым в каких–то болотах!

С этими словами Тутмес так ударил кулаком по столу, что стоявшая на нем шкатулка с пузырьками опрокинулась и все рассыпалось по полу.

– Успокойся, дитя мое, – сказала матрона, понижая голос. – Слушай! Великий жрец составил твой гороскоп, и звезды ясно говорят, что ты станешь великим фараоном.