Туро сидел на постели, кутая хрупкие плечи в отцовский плащ из шкуры белого медведя.

– Какое мерзкое место, – сказал он, закрывая глаза и изгоняя каморку из своих мыслей. То ли дело вилла его отца в Эборакуме, сочные пастбища за ее белыми стенами, где зимует могучий Сефон с табуном своих кобылиц. А его собственный покой! Такой уютный, укрытый от пронзительных северных ветров, хранящий главную любовь его юной жизни – книги, его чудесные книги! Отец запретил ему привезти в этот холодный замок хотя бы один том: вдруг кто-то из военных вождей застанет принца за чтением и узнает горькую тайну короля? Пусть в замке Кэрлин всем известно, что юный Туро слаб телом и духом – королевские служители скрывают печальную тайну, будто собственный постыдный семейный секрет.

Туро вздрогнул и пересел с постели на козью шкуру у очага. Никогда еще он не чувствовал себя так скверно. Далеко внизу в большой зале Дейчестерского замка его отец старался сплотить вождей в единый союз против заморских варваров, угрюмых разбойников, уже утверждавшихся в селениях на юге, откуда легче устраивать набеги на богатый север. Посольство в Дейчестер отправилось вопреки советам Мэдлина, и Туро очень не хотелось сопровождать отца, хотя и не из страха перед опасностями, которые он толком себе не представлял. Принц не любил холода, не терпел долгих поездок верхом, и, что важнее, ему даже день было тягостно провести без своих книг, так что уж говорить о двух месяцах, которые потребует посольство?

Дверь отворилась, принц открыл глаза и увидел высокую фигуру Гвалчмая, который нес на могучих руках огромную охапку поленьев. Он улыбнулся мальчику, а Туро со стыдом подумал, что и в такой холод дружинник надел только одну шерстяную тунику.

– Ты никогда не зябнешь, Гвалчмай?