И вот она, придя в себя, оказывается наедине с человеком, которого никогда не видела. У него жесткое лицо дикаря с черными, как обсидиан, глазами и тонким, словно прорезанным бритвой, ртом.

В горле у нее пересохло.

— Вы ранены? — спросил мужчина.

— Нет…

— Болит что-нибудь?

— Голова.

Большая рука, отпустив плечо женщины, прикоснулась к ее голове. Она попыталась отстраниться, но не смогла, так как он крепко держал ее за подбородок.

Незнакомец осторожно ощупал ее голову. Прикосновения его были очень легкими, даже нежными — резкий контраст с внешностью и голосом, — но это еще ничего не значило. Она изучала обычаи местных племен и знала, что с пленными обращаются достаточно хорошо до тех пор, пока…

— А-а…

Сиенна застонала от боли. Мужчина удовлетворенно хмыкнул:

— Ага, вот оно. Довольно-таки приличная шишка возле уха. — Его пальцы снова начали свое медленное путешествие — вниз по ее шее, к плечам…

Ей хотелось его остановить.

— Не надо, — прошептала она.

Он не обратил внимания на слабый протест. Движения его пальцев были уверенными и совсем не интимными, но это ничуть не уменьшало ее страх.

— Сколько пальцев?

Сиенна моргнула:

— Что?

— Сколько пальцев я показываю?

Она посмотрела на его руку:

— Три.

— А сейчас?

— Четыре… А вы кто?

Она осторожно приподнялась на локте. Незнакомец наклонился ниже. Женщина подалась назад. Издав нетерпеливое рычание, он схватил ее за плечи.

— Что вы делаете? — испуганно взвизгнула она.

— Проверяю зрачки.

Это было невыносимо. Его черные глаза словно хотели пробуравить ее насквозь.

— С моими зрачками все в порядке.

— Поверните голову. Еще раз. Медленнее. Хорошо. А теперь перевернитесь.

— Это еще зачем?

Не слушая ее возражений, он перевернул Сиенну на живот и тщательно ощупал спину. Его прикосновения были все такими же умелыми и безличными. Закончив, он снова перевернул ее на спину, а потом, подхватив под мышки, заставил сесть. Мир закружился. В голове гудело, словно рой крошечных пчел устроился там на постой.