— С ним все хорошо, он у папы моего, еще утром отвезла. — Оксана махнула рукой. — У них же карантин в школе начался, помнишь? — Мужчина кивнул с улыбкой. — Ему вчера очень понравилось, Сережа, спасибо. Он все время только о цирке и говорил.

— Да не за что. — Сергей просто пожал плечами. — Мне самому приятно было. Так он и на ночь у твоих родителей останется? Они, небось, на внука не нарадуются?

Оксана чуть напряглась, как-то погрустнела.

— Да, Андрей у папы останется, он его и правда, очень любит. А мама — она умерла, скоро два года будет.

Сергей прикусил язык.

— Извини, Ксюш, я не знал. Не хотел ворошить.

— Да ничего, Сергей, я уже свыклась. Только скучаю очень. — Оксана наклонила голову, и он был уверен, что в ее серых глазах стояли слезы. Почему-то, появилось желание обнять и утешить, а он, не сильно ему и сопротивлялся. Женщина, с благодарностью, спрятала лицо у него на плече, тяжело вздыхая.

— Прости, Ксюш. — Еще раз повторил Сережа, понимая, что с такой утратой, на самом деле, не так и легко смириться. Она просто покачала головой. Вот дурак, подумал мужчина, взял и расстроил. — Так, а ты, почему домой не собираешься? — Попытался он перевести разговор на другое.

Оксана улыбнулась, поднимая на него глаза, и он понял, что она оценила его попытку. Правда, слезы в глазах еще были, а отдельные слезинки — даже скатились по щекам, оставляя влажные дорожки.

Девушка вздохнула. Ей, все еще, было очень тяжело. Так и не выплакала она свое горе тогда, надо было опорой отцу служить, Андрею объяснять, куда бабушка пропала. Железной старалась быть. А потом, развод этот, дурацкий. До сих пор, при мыслях о маме, плакать начинала. Так и до срыва недалеко, мелькнула невеселая мысль. Оксана, вновь, посмотрела в глаза Сергею. Как же это приятно, когда есть, кому в плечо уткнуться, все-таки.