— Как быть с телефонными звонками в случае нашего отсутствия в клинике? — спросила Хона.

— Переключите наш телефон на один из основных центров сбора информации, где запросы пациентов регистрируются и по возможности удовлетворяются, — объяснил Пейдж. — Отсутствовать же в клинике нам придется тогда, когда я буду совершать обход пациентов-канака на дому. Местные обычаи требуют, чтобы во время посещения женщин-канака меня сопровождала женщина-медик.

Вскоре появился первый утренний посетитель. Он повредил руку в аварии. Следующий пациент пришел второй раз, этот лечился от ларингита. Третий просил дать консультацию, как носить ортопедическую обувь. Часто приходилось отвечать на телефонные звонки, заполнять и сортировать учетные карточки. С этой работой Хона была хорошо знакома еще со времени выполнения обязанностей секретаря-медика в Сиднее. Но один абонент достал Хону, он как пулемет трещал по-французски. Девушка смогла понять лишь одно из его шести слов и, к своему стыду, была вынуждена позвать на помощь шефа.

Сидя рядом с доктором, она прислушивалась к телефонному разговору и находила, что французский, на котором Пейдж говорил свободно, хотя и с английским акцентом, гораздо более доступен для ее понимания. По взгляду, который доктор бросил на Хону сверху вниз, примостившись на краешке письменного стола, девушка поняла, что он объясняет собеседнику, кто она. Минутой позже он прикрыл микрофон ладонью и сказал по-английски:

— Жан Салинжер, мой друг — ученый-медик. Он недавно познакомился с девушкой, которая не решается встречаться с ним один на один. Он просит, чтобы я пришел сегодня вечером тоже с девушкой в яхт-клуб и составил компанию ему и его подруге. Вы позволите мне пригласить вас?