Разговор происходил в воскресенье — на следующий день после того, как венецианский садовник обнаружил в своей теплице разгром. Встревоженный и потрясенный, он побежал к телефону, сообщил обо всем в полицию, и с этого момента итальянские власти если и не впали в безумную активность, то по крайней мере, видимо, зашевелились. В итоге генерал Боттандо в выходной явился на службу, а заодно поднял с постели помощницу.

Как все-таки неразумно умирать за границей! Если бы путешественники знали, сколько хлопот они доставляют занятым людям, то, несомненно, отложили бы свой отход в мир иной до возвращения домой. Сначала в дело вступают местная полиция, «Скорая помощь», врачи, патологоанатомы и прочие люди, которые занимаются трупом. Затем следует проинформировать консульство, которое связывается с посольством; посольство сообщает властям на родине. А те, в свою очередь, поручают тамошней полиции поставить в известность родственников усопшего. И это только начало. Прибавьте сюда написание надлежащих рапортов, перевод их неизвестно на какие языки, организацию переправки тела, согласование формальностей с таможенниками и пограничниками. Не приходится удивляться, если власти предпочитают, чтобы иностранцы расставались с жизнью где угодно, но только не у них под носом.

Еще более неприятно, если иностранец — или, как в данном случае, иностранка — что-то собой представляет. Тем более что эта иностранка числилась членом учрежденного итальянским министерством по вопросам Охраны памятников культуры исторического комитета, предметом деятельности которого являлось творчество венецианца Тициано Вечеллио (1486 — 1576)

Вот потому-то так самодовольно ухмылялся генерал Таддео Боттандо, когда объяснял Флавии ди Стефано — своей лучшей и самой сообразительной во всем итальянском управлении по раскрытию краж произведений искусства помощнице обстоятельства безвременной кончины доктора Луизы М. Мастерсон.