- О, да! Ну как, я расту в твоих глазах? - засмеялась молодая женщина. - В девятнадцать лет я вообразила, что без памяти влюблена. Он бы тебе понравился. Такой красавец, с обворожительными манерами, но, увы, без состояния, и папа не одобрил мой выбор. Я проплакала, кажется, целую неделю, но сейчас, за давностью лет, не могу припомнить точно.

- Ты надо мной смеешься, - укоризненно сказала Фанни.

- Нет, клянусь! Он мне очень нравился, но последние шесть лет я ни разу его не видела. И как это ни печально, но папа был прав, когда уверял меня, что я быстро забуду о своем увлечении.

По лицу вдовы было видно, что она считает это обстоятельство действительно печальным.

- А кто это был, Серена? Если ты, конечно, не против назвать мне его имя?

- Ну что ты! Его звали Гектор Киркби.

- И ты никогда больше с ним не встречалась?

- Никогда. Он был военным, и его полку совсем некстати приказали отправляться в Португалию.

- Но теперь, когда война закончилась...

- Фанни, ты неисправима! - с добродушным изумлением воскликнула Серена. - Теперь, когда война закончилась, я уже не наивная девчонка, а Гектор, если он жив, - а я надеюсь, что жив, - скорее всего, женился, стал примерным отцом семейства и вряд ли даже сможет припомнить, как меня зовут.

- О, нет! Ты ведь не забыла его.

- Верно, не забыла, - призналась Серена, - но, говоря по правде, я годами о нем не вспоминала, вплоть до сегодняшнего дня. Боюсь, я все-таки совершенно бесчувственная.

Фанни, которая видела, как Серена флиртовала с несколькими выгодными поклонниками, а потом отвергла их, была склонна поверить, что так оно и есть. Но при взгляде на это красивое личико с прелестным, упрямо сжатым ртом и блестящими глазами, сверкавшими из-под густых ресниц, никто не мог бы подумать, что его обладательница бесчувственна.