Сердце Алексы на мгновение замерло. Она вдруг с небывалой остротой поняла, что безумно любит Филиппа и хочет, чтобы он был счастлив.

— Дай мне всего несколько дней на то, чтобы привыкнуть к этой мысли, — прошептала Алекса.

Рука об руку они бродили по берегам Сены, не обращая внимания на моросящий дождик. День выдался холодный, мрачный, но, гуляя с любимым по Парижу, Алекса чувствовала себя настоящей француженкой и в который раз думала о том, как ей повезло с мужем. Она с грустью вспомнила Пейдж. В прошлом году старшая сестра овдовела в возрасте сорока одного года, и последний раз они виделись как раз в такую же ненастную погоду.

Муж Пейдж, Тим Барнс, служил в Брюсселе в Штабе верховного главнокомандующего НАТО. Их сыну Брайану было тогда девять лет. Однако когда Алекса пришла в гости к сестре, Брайан был в школе, Тим на службе, и встреча с сестрой получилась какой-то натянутой и неловкой. Будучи младше Пейдж на шесть лет, она в детстве преклонялась перед старшей сестрой, но между ними постоянно ощущалось какое-то отчуждение, причину которого Алекса не понимала — она всегда хотела быть ближе со своей единственной сестрой.

Год назад, когда Тим умер в Лондоне от сердечного приступа, она позвонила Пейдж и пригласила ее и Брайана к себе в Нью-Йорк, но сестра вежливо отказалась.

Алексе было неловко, что она так счастлива с Филиппом, в то время как сестра потеряла любимого мужа. Перед этой поездкой она несколько раз звонила из Нью-Йорка, все еще надеясь встретиться с Пейдж в Париже, но к телефону никто не подходил.

Сейчас они с Филиппом отправились за покупками, и Алекса решила в дополнение к обычным рождественским подаркам купить сестре и племяннику какие-нибудь сувениры.

Для Пейдж она выбрала шелковый шарф от Гермеса, а двенадцатилетнему Брайану купила кожаный бумажник. Послав подарки по адресу сестры, приложила две записки с добрыми пожеланиями и повторила приглашение приехать в Нью-Йорк.