Эта мысль показалась ей нелепой. Она передернула плечами и пустилась догонять близнецов.

– Господи, дети, – воскликнула она, подхватывая обоих и ставя на невысокое крыльцо, – какие же вы грязные! Придется хорошенько вымыть вас сегодня вечером.

Линда открыла дверь, и все направились в безупречно чистую кухню. Столы сверкали своей обычной белизной, знакомый запах хвойного дезодоранта щекотал ноздри. Линда криво усмехнулась. Если бы в Карсоне провели конкурс на наименьшее количество микробов в помещении, кухня Норы Оуэн побила бы все рекорды. В коридоре послышались торопливые шаги.

– Линди Бет! Это ты? Вы вернулись?

– Да, мама, вернулись.

Нора и Рон Оуэны вместе вошли в кухню.

– Дедушка! Я ел шоколадный торт! – Дрю рванулся через комнату и бросился к Деду.

Глаза Рона сверкнули.

– Я и так уже вижу это, молодой человек.

Кейт обняла дедушку за колено.

– А еще мы пили лимонад, – торопилась доложить она. – И ели чипсы.

Нора Оуэн пощелкала языком.

– Как бы у вас ночью не разболелись от этого животики.

Линда переглянулась с отцом.

– Отведу-ка я их сейчас наверх и искупаю, – решил Рон.

Он кивнул дочери, и ей показалось, что у него немного озабоченный вид.

– Я поговорю с тобой потом, Линди Бет, когда эти маленькие чудовища лягут спать.

Близнецы ускакали из кухни, вцепившись деду в руки, а Линда направилась к раковине.

– Хочешь чаю, мама?

– Пока нет, спасибо. – Нора раздраженно поджала губы. – У тебя на ноге грязное пятно, милая моя. Вытри поскорей. Что можно требовать от близнецов, какой чистоты и аккуратности, если их родная мать ходит с грязными коленями!

Линда послушно намочила водой бумажное полотенце и стерла едва заметное пятнышко. Потом стала молча ждать завершения неизбежной нотации. Однако на этот раз матери, казалось, не хотелось развивать тему чистоты как одной из главных добродетелей порядочной женщины. Она буквально лопалась от нетерпения сообщить дочери какие-то важные новости.