Брюс присоединился к ней, всем пожав руку в знак благодарности.

— Ну что, едем ужинать? — сказал Чэд Ньюстед, гитарист.

— Боюсь, вам придется отправиться в «Меццо» без нас, — сказала Тереза.

— Почему? Ведь ты тоже собиралась туда, если не ошибаюсь?

Она поморщилась.

— Да, но кое-что изменилось. Видишь, какие у меня глаза? В таком виде мне не хочется появляться в ресторане.

Присмотревшись, Чэд присвистнул.

— Ничего себе! Что случилось?

Тереза пожала плечами.

— Тушь для ресниц попала в глаза. Так что сегодня я не смогу составить вам компанию. Брюс отвезет меня домой.

Попрощавшись, они с Брюсом и присоединившейся к ним Синтией направились к служебному входу, чтобы уклониться от встречи с толпой поклонников, которая, по сообщению охраны, поджидала Терезу с парадной стороны здания.

Однако совсем избежать этого не удалось. Когда они покинули «Форум» и вышли на улицу, к шедшей между Брюсом и Синтией Терезе приблизились три девушки и один парень. Синтия на всякий случай шагнула вперед, встав между ними и Терезой. Но та, заметив в руках молодых людей свои альбомы и фломастеры, тронула ее за плечо.

— Ничего…

Синтия отступила на шаг в сторону. Быстро расписавшись и перекинувшись с фанами словечком, она поспешила сесть в подкативший лимузин. Брюс помог ей, придержав дверцу, потом забрался внутрь следом за Синтией.

Водитель повез их по ночным улицам. В салоне было тепло и пахло духами Терезы — аромат остался после поездки от ее квартиры к месту нынешнего выступления.

До станции метро «Кентиш-таун» доехали очень быстро. Там Синтия попрощалась и вышла.

— Теперь в Сохо, — сказал Брюс водителю, после чего поднял стекло, отделяющее кабину от салона.

Они с Терезой находились на одном сиденье, так близко, что Брюс отчетливо ощущал ее чарующие запахи. Вдыхая их, он боролся с безумным желанием обнять эту хрупкую изящную девушку, прижать к груди и провести так хотя бы тот непродолжительный отрезок времени, который оставался до момента, когда лимузин окажется на Броудвик-стрит, где она жила.