— Ты хочешь, чтобы она вернулась?

Я кивнула.

— Ну что ж, если она вернется, мы не потерпим здесь никаких глупостей.

— Значит ей можно приехать?

Отец пожал плечами:

— Думаю, Селеста считает себя обязанной принять ее да и ты просишь об этом.

— ах, как я рада! Я расскажу об этом Селесте. Мне кажется, она боялась, что ты откажешь.

— Боже милосердный, да ведь это ее дом.

— Она бы не подумала пригласить кого-нибудь, если бы ты отказал.

— Возможно. Что ж, вы с Селестой все и так решили без меня, верно? Так что пусть Белинда и Ли приезжают.

Я почувствовала волнение. Белинда приедет сюда!

Отец насмешливо посмотрел на меня и сказал:

— Мне казалось, что она не слишком мило вела себя с тобой.

— Ну… это же Белинда.

— Вот именно, это Белинда! — подтвердил он. — Ладно, посмотрим. Но я не потерплю здесь никакого вздора. Если она не будет вести себя прилично, ей придется уехать.

— Теперь она совсем другая. Она стала взрослой.

Мы с ней ровесницы.

— А, возраст великой мудрости! Кстати, я пригласил Гринхэмов пообедать у нас завтра. Это тебя устроило бы?

— Конечно. Я думаю, там будет много разговоров о предстоящих выборах.

— В этом ты можешь быть вполне уверена, — ответил отец.

После этого он начал рассказывать о парламентских дебатах, но мне показалось, что он продолжает думать о Белинде.

* * *

Мне всегда нравились посещение дома Гринхэмов или их визиты к нам, и главной причиной этого был Джоэль Гринхэм. Нас с Джоэлем всегда связывала большая дружба. Сейчас ему было около двадцати пяти лет, и, хотя теперь я уже догнала его, в свое время он наверняка считал меня ребенком, но, тем не менее, всегда был ко мне очень внимателен.

У него были все те качества, которые мне нравились в мужчинах. Нельзя было назвать его красавцем — слишком не правильны были черты его лица, но у него были необыкновенно очаровательная улыбка, мелодичный голос, который я так любила слушать, он был высок, а выглядел даже выше своего роста, потому что обладал стройной фигурой.