Это был мужчина, ненавидевший ее.

Она почувствовала момент, когда Дрейк увидел ее, потому что он словно застыл. Их взгляды скрестились. Веселые серебристые глаза, которые она так хорошо помнила, теперь были холодными. Она не могла даже пошевелиться под напором его ненависти.

— Дрейк, — сказала она дрогнувшим голосом, — ты действительно Черный рыцарь?

— Неужели в это так трудно поверить? — резко спросил Дрейк.

— Да… нет… Я не знаю. Ты изменился.

Он рассмеялся безжалостным смехом, так, что у нее мурашки побежали по коже.

— Да, я уже не тот мечтатель-идеалист, которого ты знала в юности. Я видел войну и кровь, миледи, а это меняет мужчину.

Его холодный взгляд на мгновение остановился на Уолдо и снова вернулся к Рейвен.

— Насколько я понимаю, вас следует поздравить. Я удивлен, что вам с Уолдо разрешили пожениться. Кровосмешение — серьезный грех.

— Я многие годы ждал разрешения папы, — вмешался Уолдо.

Дрейк рассматривал Рейвен так, словно никогда не видел ее раньше. Та Рейвен, которую он помнил, была полудевушкой, полуребенком, неуклюжая, с длинными руками и ногами, с веснушками на носу.

Стоявшая сейчас перед ним женщина отличалась безупречной кожей, белоснежной, с легким загаром на щеках. Одета она была в длинную светлую тунику с облегающими рукавами, поверх нее — в изумрудно-зеленую атласную тунику, отделанную золотом. Шелковую вуаль удерживал на голове золотой обруч. Зеленые глаза, точь-в-точь повторявшие цвет туники и слегка раскосые, обрамляли густые темные ресницы. Губы были розовые, нижняя чуть полнее верхней, что выдавало страстный темперамент. Интересно, уж не Уолдо ли предстоит разбудить эту дремавшую много лет страстность?

— Ты приехал, чтобы участвовать в турнире? — спросила Рейвен Дрейка, когда молчание стало невыносимым.

— Да. Так я зарабатываю на жизнь. После войны мне были крайне необходимы деньги, чтобы восстановить Уиндо, и я убедился, что лучший способ заработать их — это участвовать в турнирах.