— Ты этого хочешь?

Она пожала плечами и опустила глаза.

— Я должна подчиниться воле отца. Дрейк схватил ее за узенькие плечи.

— Нет, ты не можешь выйти замуж за Уолдо. Ты не знаешь, какой он.

Карие глаза Дарии озорно сверкнули, и Дрейк непременно бы заметил это, если бы не был так безоглядно влюблен.

— Я же ничего не могу сделать, — беспомощно вздохнула Дария.

Дрейк притянул ее к себе, стараясь, однако, ненароком не прижаться к ней возбужденной плотью, которая так безжалостно мучила его.

— Мы можем убежать! — горячо воскликнул он. — Мы уже обсуждали это. И когда мы поженимся, я буду защищать тебя, не жалея жизни. — Увидев, как расширились ее глаза, он добавил: — Не смотри так потрясенно; и до нас многие убегали из дома, чтобы пожениться.

— Я знаю, но… Понимаешь, я не думала, что ты говорил о побеге серьезно.

— Я люблю тебя, Дария. Ты ведь знаешь это. Тебе уже почти пятнадцать лет, вполне достаточно, чтобы выйти замуж. А мне семнадцать, и я уже могу защитить тебя.

— Тихо, там кто-то есть, — перебила его Дария, оборачиваясь к двери.

— Да нет там никого, — махнул рукой Дрейк. — Послушай меня, любовь моя. Приходи сегодня ночью к задним воротам. Я возьму из конюшни двух лошадей. Захвати немного вещей, чтобы было во что переодеться.

— Бежать? — сказала Дария, вдруг занервничав. — Но я не хотела… то есть… Ты уверен, что это правильно?

— Ты любишь меня, Дария?

— О да, как же иначе? Ты красив, смел и так благороден.

— Тогда приходи к задним воротам после вечерни. Не заставляй меня ждать. — Он крепко поцеловал ее и покинул конюшню.

Дария смотрела ему вслед, испуганно наморщив лоб. Флиртовать с Дрейком было увлекательно, хотя и немного грешно, но Дария всегда знала, что ей суждено стать графиней. Пусть Уолдо и не идеальный муж в ее представлении, но он обладает всем, чего она хочет от жизни. А Дрейк красив, смел и благороден, но рожден бастардом и не имеет ни богатства, ни земель. «Конечно, было бы забавно убежать с Дрейком», — мечтательно подумала она. Она знала, что отец и Уолдо найдут ее, но как же она повеселится, прежде чем угомонится и выйдет за Уолдо!