А на столах нас уже ожидала тарелочка с пюре и котлетой. Томатный сок и ломтик хлеба.

Нехило, я вам скажу. Нехило. По сравнению с тем, что было у меня до сих пор — просто пир.

Благо, свободный столик был — так втроем и плюхнулись за него.

Света. Юля. Лера.

Веселая компашка?

Светка оказалась довольно таким разговорчивым человеком. Нет, просто настоящим РАДИО (кто знает, как выключить???)

Тарахтит без перерыва. И язык не устает? Не девка, а огонь.

Как оказалось, всем нам по шестнадцать (есть или будет в этом году) — ровесницы. Просто жизнь по-разному трепала и вычерчивала из глыбы скульптуру — вот и кажется, что разница такая…. года в разброс.

Бог мой, как можно одновременно умолачивать обед (словно кто в три шеи гонит) и тут же успевать "вещать" без умолка?

Причем говорила обо всем сразу — о себе, о своем городе, о своей школе, о музыке и фильмах. Даже политику затронула.

Хорошо, что в полголоса наш "диктор" бормотал — ибо уж точно нас поперли отсюда за такой шум. А по приезду — выписали "пряник".

— Так вот я матери и говорю: хватит. Я тебе не кукла и не елка- нечего из меня вить веревки, одевать-переодевать, красить-наряжать. Хватит расписывать жизнь, от самого моего рождения до кончины — причем и не важно, сколько там Смерть захочет мне отписать плясать на земле — Мать давно уже решила, что раньше восьмидесяти я не умру. Не имею права. Представляете? Я в шоке. А. Так вот, наслушавшись рассказов своего знакомого Кольки, прихожу домой и тупо так заявляю — я уезжаю учиться в спецшколу, на профиль спортивной подготовки. И плевать на все остальное. Далее добиваю окончательно: рассказываю, что весь этот год вечерами я сидела не у Любки, а ходила в тир — стрелять училась.