– Так я, пока вы поднимались, за окнами следил, смотрю, в одном свет загорелся – ну, и понял, что это и есть нужная хата. Потом нашел.

– Ну в общем, все понятно, – подвела я итог разговору. – Теперь, когда все недоразумения выяснены, я предлагаю мирно разойтись.

Мишка виновато засопел и придвинулся к Катьке.

– Прости, Катюш, – гладя ее руку, проговорил он. – Не знал я.

– Дай сигареты! – потребовала Катя.

Мишка тут же выложил перед ней пачку «Золотой явы».

– Не знал! – закуривая, передразнила Катька. – Порядочных людей будишь среди ночи да еще и бьешь!

– Простите ради бога! – прижав руки к груди, повернулся ко мне Мишка. – Не думал я, что оно все так… К тому же я удар на мужика рассчитывал, я же не виноват, что вы женщина, к сожалению, оказались, да еще такая хрупкая.

Я не разделяла его мнения на тот счет, что о том, что родилась женщиной мне стоит сожалеть, но вслух говорить этого не стала, а еще раз потрогала щеку.

– Ну, простите, ну, хотите, я себе за это палец отрежу? – Мишка схватил со стола нож.

– Не надо! – перепугавшись до смерти, вскочила я со стула и попыталась вырвать нож. – Еще чего не хватало, я вас давно простила, а теперь была бы очень благодарна, если бы вы оставили меня в покое!

– Ну что, Катюш, поедем? – ласково обнимая Катю, сказал Мишка, а я на всякий случай быстренько убрала нож подальше.

– Никуда я с тобой не поеду, – капризно кривя рот, заявила Катя.

– Ну, котенок, перестань, – Мишка потерся о Катино плечо.

Катька не отстранилась, но сделала вид, что продолжает сердиться.

– Прощение нужно заслужить! – манерно проговорила она.

– Кать, да я для тебя, что хочешь! – Мишка рванул ворот рубахи.

Я на всякий случай убрала и вилку.

– Духи мне купишь, – заявила Катя. – «Ив Роше», как обещал!