– Тебе нельзя так много размышлять о былом, дорогая сестра, – ответила ей Екатерина. – Подумай о будущем. Когда у тебя родится сын, он принесет много радости. Ты счастлива в своих детях.

– Я часто гадаю, какова будет их жизнь. Моя малышка Маргарита… как ей будет там, в Шотландии, с мужем, вдвое старше ее и уже опытном во всех отношениях… в том числе и любовных?..

– Его возраст, пусть и вдвое больший, чем у Маргариты, не так уж велик… учитывая, как она молода.

– Именно поэтому я дрожу от страха за дочь. Она так молода и упряма.

– Не думаю, что тебе стоит опасаться за своих детей, Елизавета. У любого из них сильный характер, и они способны прекрасно постоять за себя. Маргарита… Генрих… и даже маленькая Мария. Они так напоминают мне нашего отца!

– Я рада этому.

– А новый ребенок… интересно, будет ли он па них похож.

У Елизаветы внезапно перехватило дыхание от боли.

– Думаю, мы очень скоро сможем судить об этом, – пробормотала она. – Кэйт, мое время пришло.

Было Сретение, и королева лежала в своих королевских покоях лондонского Тауэра. Король стоял у ее ложа. Он был разочарован, поскольку не сомневался, что на сей раз у них будет мальчик. Но, по крайней мере, ребенок жив, и это добрый знак па будущее.

– Девочка, – вслух размышлял он, – а у нас и так есть две. Боже, пусть следующим будет мальчик!

«А я ведь только что родила этого ребенка!» – подумала королева. Но она не спорила, она никогда не шла против желаний короля. Он был преданным мужем, и если редко выказывал нежную привязанность, то никогда не проявлял и холодной жестокости.