Король изменился; он больше не был затворником, а вдруг почувствовал себя полным сил и радости бытия юнцом. В великолепных загородных имениях можно было охотиться среди лесных зарослей и с соколами; можно было устраивать балы и пиршества, смотреть, как танцуют, и танцевать самому. Отец был торжественно погребен в аббатстве Кэмбаскеннет рядом со своей супругой, и сын больше ничего не мог для него сделать, кроме как время от времени носить вериги, дабы напомнить себе и миру, что все еще сожалеет о том, какая смерть постигла его родителя.
Иногда радость не покидала короля целыми днями. Яков помнил случай, когда Маргарита Драммонд приехала к нему в замок Линлитгоу, и он приказал сшить ей платье из золотой, лазурной и серебряной ткани, потрясавшее всех, кто его видел. А потом Маргарита сидела рядом с королем на почетном месте, и певцы, лютнисты и арфисты в масках играли только для них одних.
Будь король волен следовать собственным желаниям, он тотчас женился бы на Маргарите, как и обещал; но вокруг толпились завистники, решительно настроенные не допустить, чтобы Драммонды обрели чрезмерное могущество, и, хотя им с Маргаритой не мешали наслаждаться обществом друг друга первые недели после восшествия Якова на престол, вскоре эти люди нашли повод их разлучить.
И король допустил это – так же, как позволил врагам отца поставить себя во главе мятежа. Он всегда мог найти себе оправдание: я был тогда просто мальчишкой. А то, что Яков стал королем, естественным образом совершенно захватило столь юное создание. И вполне понятно, что новая жизнь казалась куда увлекательнее той, которую принц вел в замке Стирлинг или в Стобхолле. Короля заинтересовало управление государством – лэрды Шотландии были слишком задиристы даже для того, чтобы ладить между собой, так что в стране шла постоянная грызня. Не по этой ли причине Яков позволил себе отдалиться от Маргариты? Или он просто понял, что желания, каковые будила в нем девушка, можно испытать (пусть не столь трепетно и вдохновенно) с любой другой хорошенькой юной особой? Теперь, когда он стал королем, очень многие улыбались ему.