Сочтя, что ни один нормальный человек в здравом уме не назовется Далзилом, не будучи им, на самом деле, Тони принялся одеваться, недовольно ворча при этом.

Любопытство заставило его поскорее спуститься вниз, ведь раньше их просто вызывали к Далзилу в офис в Уайтхолле. Конечно, теперь он уже не входил в число фаворитов Далзила, однако что-то подсказывало ему — одной этой причины еще недостаточно для того, чтобы столь значительный человек сам нанес ему визит вежливости.

Войдя в библиотеку, где камердинер оставил Далзила томиться в ожидании аудиенции, Тони первым делом уловил аромат свежесваренного кофе: разумеется, Хангерфорд не забыл подать гостю чашку этого чудесного напитка.

Слегка поклонившись гостю, вольготно расположившемуся в кресле, Тони подошел к колокольчику и дернул за шнурок; затем, повернувшись и опершись локтем о каминную полку, он вопросительно посмотрел на Далзила, который ждал его, отставив чашку в сторону.

— Прошу простить меня за столь ранний визит, но, как мне стало известно от Уитли, прошлой ночью вы обнаружили труп. Тони уставился в темные, наполовину скрытые под тяжелыми веками глаза Далзила и с восхищением подумал, что вряд ли хотя бы один случай подобного рода мог ускользнуть от его внимания.

— Да, это так. Чистая случайность… А чем вызван ваш и Уитли интерес к этому делу?

Лорд Уитли занимал в министерстве внутренних дел должность аналогичную должности Далзила, и Тони являлся, возможно, единственным членом группы Далзила, взаимодействовавшим с агентами Уитли, которым было поручено уничтожение шпионской сети, действовавшей за пределами Лондона и пытавшейся сорвать военные кампании Веллингтона.

— Жертва преступления, Уильям Раскин, служил старшим клерком администрации в министерстве сборов и доходов, и я пришел выяснить, не связано ли с этим убийством что-нибудь такое, что мне необходимо знать…