— Нет, не надо. Пусть их отправят прямо в гостиницу. И еще, когда будешь сообщать о происшествии в мою страховую компанию и в гараж, передай им, что мне придется пока взять машину напрокат.

О подробностях Мэгги особо не распространялась, изложила лишь главное, пропуская мимо ушей сочувственные возгласы Гейл. Разговор шел в комнате, которую ей отвел Финн Гордон, по мобильному телефону, который он ей одолжил. Ей было нелегко пересилить себя, чтобы обратиться к нему с просьбой, и вот теперь она стояла, нахмурившись, и набирала номер бабушки. Она не посвящала ее в свои планы, сказала просто, что уезжает на несколько дней по делам.

В трубке послышался голос Арабеллы Рассел, такой слабый, надтреснутый, что у Мэгги защемило сердце.

Остановившись у полуоткрытой двери с чашкой чая, которую он нес своей незваной гостье, Финн услышал, как она подрагивающим голосом спросила:

— У тебя все в порядке, радость моя?

Финн поспешно отступил от двери, удивляясь, почему ему неприятно узнать, что у Мэгги есть мужчина, любовник.

Незадолго до этого они представились друг другу, проделав эту процедуру столь сухо и официально, что при других обстоятельствах Финн позабавился бы от души. Мэгги, грязная и растрепанная, при всем при этом каким-то таинственным образом умудрялась выглядеть очень соблазнительно. Напрасно пытался он уверить себя, что предпочитает брюнеток и отнюдь не карие, а голубые глаза. Все равно он то и дело ловил себя на том, что его взгляд задерживается на ней дольше, чем следовало бы.

Закончив разговор с бабушкой, Мэгги осмотрелась. Комната, в которую ее привел Финн, была большая, и, слава богу, при ней оказалась отдельная ванная. Окна выходили на поля, за которыми возвышались поросшие деревьями холмы. Осенний день подходил к концу. Господи, что она будет делать здесь, отрезанная от мира вздувшейся рекой? Мэгги стало совсем грустно.