– Замолчи, – грубо зажав рот, оборвал ее Владетель Имладриса.

Кейран сел и потянул Румер к себе.

– А теперь послушай и больше никогда не обвиняй меня в пустословии, девочка, – он изо всех сил сжал ее виски и продолжил, – Я видел будущее, в котором мы вместе навсегда. И пусть замыслы Илуватара частично скрыты от меня, я верю, что дав мне тебя, он не позволит людскому року разлучить нас. Иначе, тут ты права, зачем все это? Эру велик и благосклонен в своей мудрости – дар Аданов минет нас – я верю. Верь и ты, возлюбленная Келебринкель.

Слушая его уверенный голос, девушка успокаивалась. Правда, разве можно не верить этому прекрасному эльфу, похитившему навсегда ее сердце и покорившему тело.

– И больше не думай об этом, – приказал он.

Румер согласно кивнула и была одарена горячими поцелуями Кейрана. Он уложил ее, сжимая в объятиях, разжигая огонь страсти.

Стук в дверь прервал его ласку.

– Кого принесли орки! – зарычал он, вскакивая на ноги.

– Повелитель, время представлять Госпожу подданным. И делегация Аданов уже прибыла – требуют показать им дочь Боэроса живой и невредимой, – ответили ему пришедшие за ними эльфы-придворные.

Кейран с сожалением посмотрел на обнаженное тело супруги.

– Они правы. Если церемония не начнется вовремя, твои сородичи решат, что я растерзал тебя, и потому тяну время. Не стоит давать повода для кровопролития.

Румер рассмеялась его словам и поднялась с ложа любви. Кейран наспех завернулся в халат и впустил прислугу для Келебринкель.

– Нас ждет утомительно длинный прием, любовь моя. Будь сильной.