— Не понимаю, Джинни, почему ты сердишься?

Энтони подошел к ней и хотел обнять, но Джинни отшатнулась от него.

— Немедленно убирайся вон, Тони! Я не шучу! — воскликнула она, вскинув голову. — Мне очень жаль ту женщину, на которой ты собрался жениться.

— Я был прав, ты фригидная, — презрительно промолвил он.

— Ты никогда не узнаешь об этом, — холодно заметила Джинни.

Он ухмыльнулся.

— Это и так ясно, Джинни. Ну хорошо. Я сделал тебе предложение. Ты отказалась. Прощай, дорогая! Нам больше не о чем говорить.

И Энтони ушел…

Все это было уже в прошлом. Но Джинни до сих пор помнила то глубокое унижение, которое испытала тогда.

— Дорогая, ты обязательно должна поехать на вечеринку!

Голос сестры вернул Джинни к действительности. Она стояла в дверном проеме, на ее красивом юном лице сияла ослепительная улыбка.

— И хотя я не добрая фея, я готова сделать все для того, чтобы ты встретила своего принца, — продолжала она.

Джинни внимательно взглянула на сестру. Она всегда считала Кэтрин легкомысленной, но в последнее время Кэтрин взяла в привычку приходить домой подшофе. Джинни, как старшую сестру, не могло не тревожить ее пристрастие к алкоголю. В конце концов их родители погибли именно из-за чрезмерного увлечения отца спиртным.

— Кэтрин, ты опять по пути с работы зашла в бар?

Джинни окинула сестру с ног до головы строгим взглядом. Конечно, уже поздно воспитывать вполне взрослую девушку, но Джинни не могла промолчать. Она боялась, что Кэтрин скатится в пропасть, к тому же у Джинни был слишком деятельный характер, чтобы сидеть сложа руки.

— И это вся твоя благодарность?! — обиженно воскликнула Кэтрин. — Вместо того чтобы расцеловать сестричку, ты хочешь выставить ее пьянчужкой! Уличить в пристрастии к алкоголю! Хороша сестренка, нечего сказать…

Кэтрин переступила наконец порог и подошла к сестре. Джинни зябко повела плечами. На улице стоял жуткий холод. Всю ночь и весь день шел снег, и к вечеру намело внушительные сугробы.