Внезапно Джози замолчала. Ну вот! Вместо того, чтобы показать Мэтью, какая она теперь взрослая, серьезная женщина, она лепечет что-то о белках и дятлах, как восторженная школьница, какой ее и должен был запомнить Мэтью.

Это все нервы. Прошло десять лет, а она все еще так же краснеет и смущается при нем.

— Прости, — произнесла Джози.

— За что? — Мэтью казался искренне удивленным.

— За то, что болтаю, как идиотка, вот за что.

— Мне все, что ты говоришь, кажется полным смысла.

— Ну да! Я же вижу, про себя ты просто смеешься надо мной.

— Неправда! — Неожиданно взгляд Мэтью стал серьезным. — Ты совсем не изменилась, Джози Джеймс, — добавил он нежно. — Молода, свежа и полна жизни.

— Звучит так, будто я овощ на грядке.

— Ну, какой из тебя овощ? — Темные глаза задумчиво остановились на ней. Потом в них засверкали веселые искорки, морщинки разгладились, так что стало легко узнать прежнего юного Мэтью. — Скорее цветок. Фиалка или нарцисс. Да, точно, нарцисс, — заверил он ее с показной серьезностью. — Они, знаешь ли, такие светлые, сияющие…

— И незатейливые, — закончила за него Джози.

— А кому нужна затейливость? — Его голос внезапно стал жестче. — На мой взгляд, это лишнее качество, оно только вредит.

— Правда? — Она позволила себе присмотреться к нему. Мэтью был одет просто, но все вещи на нем были очень дорогие: темный пиджак из мягкой кожи, изумрудно-зеленый кашемировый джемпер, модные джинсы, кожаные ботинки, часы известной марки. Похоже, его дела идут превосходно.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну… понимаешь… твой вид… твоя одежда… кажется дорогой… Весьма затейливой, — добавила Джози после недолгого колебания.

— Вот как? — Темные брови Мэтью взлетели вверх. В голосе ясно прозвучали стальные нотки.

Кровь бросилась Джози в лицо.