Большие руки Марка сомкнулись у нее на талии, но Софи уперлась руками в его широкие плечи и попыталась отодвинуться.

- Нам нужно просто получше узнать друг друга, а не становиться любовниками, - сказала она.

- А почему не совместить одно с другим?

Марк смотрел прямо ей в глаза, и у нее перехватило дыхание. А руки у него такие теплые и крепкие!

- Ты действительно так думаешь? Ты хочешь, чтобы мы оставались только друзьями?

Ей хотелось крикнуть «Нет!». Но она призвала на помощь все свое благоразумие.

- Марк, я уеду через две недели. И я не думаю, что нам следует усложнять ситуацию. Трудностей и так хватает.

- Значит, дружба, - тихо произнес он и, прежде чем она успела сообразить, что происходит, взял в ладони ее лицо.

Софи пыталась сопротивляться, но Марк Уинчестер буквально гипнотизировал ее. И все же, когда его губы приблизились к ее губам, ей удалось вымолвить:

- Марк, мы не должны…

- Как скажешь, - ответил он… и поцеловал ее.

Губы у него были теплые, щеки и подбородок пахли лосьоном после бритья. Героическое сопротивление Софи таяло, словно масло на сковородке. Она приникла к нему и погрузилась в невероятные ощущения. Их поцелуй, казалось, продолжался вечность, а когда Марк поднял лицо и улыбнулся, каждая клеточка тела Софи пела от счастья. Тем не менее, переведя дух, она сказала:

- Ты не должен был этого делать.

- И ты тоже.

Да, это правда. Она целовала Марка с не меньшим пылом, чем он ее. Ей бы колко ответить ему, но делать язвительные замечания она никогда не умела. К тому же от поцелуя она разомлела и плохо соображала. Но здравый смысл все-таки не совсем ее покинул, и она стала торопливо убирать со стола тарелки. На кухне Софи загрузила их в посудомоечную машину и, сославшись на слабость после долгого перелета, рано отправилась спать.

Марк стоял у окна спальни и смотрел в темноту.