– Это мой шедевр... – прошептал месье Жан, снимая с клиентки накидку, после того как отложил в сторону парикмахерские принадлежности. – Ну что же вы? Оцените работу мастера.

Мисс Доннели сосчитала до трех и, открыв глаза, посмотрела в зеркало. Потом на всякий случай зажмурилась и снова взглянула на отражение, не веря, что оно принадлежит ей. Волосы были забраны наверх, там закручены сложной петлей, из которой ниспадали длинные завитые пряди. Все это было залито таким количеством лака, что даже в самый сильный ветер прическа бы не шелохнулась.

Какой кошмар, пронеслось в голове Кэролайн.

Действительно, фотографию «произведения искусства» вполне можно было бы поместить в тот каталог с модными тенденциями, который предлагали здесь полистать клиентам. Но честно сказать, к серому костюму мисс Доннели, а так же к ее бледному и почти ненакрашенному лицу прическа совершенно не подходила.

Ну а вокруг слышались охи и ахи – месье Жан принимал комплименты от коллег по цеху.

Кэролайн же смотрела на себя в зеркало и старалась разобраться – либо она выглядит глупо, либо просто ничего не понимает... Но склонялась ко второму. И правда, ведь если окружающие говорят, что все прекрасно, разве не засомневается человек в собственной оценке, отличной от общего мнения?

– Я в восторге, – склонилась к ней блондинка-администратор. – Прическа великолепна. Причем, прошу учесть, месье Жан никогда не повторяет собственных работ, каждое его творение уникально...

Мисс Доннели попыталась улыбнуться ей в ответ. И решила, что не обойдется без мнения Теда Митчелла. Уж если он тоже скажет, что ей идет это сооружение из волос, значит, так оно и есть.

– Сколько я вам должна заплатить за такую красоту? – спросила она у блондинки, вставая с кресла.

А когда услышала сумму, едва не села обратно – этих денег хватило бы, чтобы купить подержанный автомобиль. Но торг был в данной ситуации неуместен, и, взяв себя в руки, Кэролайн поинтересовалась: