Минут через двадцать гости наконец-то отвлеклись от Кэролайн, направившись в столовую и дав ей возможность вздохнуть свободно. Воспользовавшись моментом, она незаметно юркнула в коридор, затем поднялась по лестнице на второй этаж и вошла в свою комнату. А точнее – в комнату, где прошли ее детство и юность. Огляделась, порадовалась, что сюда почти не доносятся голоса снизу, и присела на кровать.

Она не жила здесь около десяти лет. Но мама оставила все так же, как тогда, и комната стала чем-то вроде музея. Может быть, Джуди Доннели думала, что дочери будет приятно время от времени окунаться в прошлое? Кэролайн взглянула в зеркало, висящее напротив. В нем отражалась женщина с гладко зачесанными назад и собранными в пучок темными волосами. Строгий костюм, удобные туфли с невысоким каблучком. На лице – минимум косметики. Ей даже в голову не пришло как-то приодеться для праздника...

Взгляд скользнул по фотографии рядом с зеркалом, где Кэролайн была запечатлена вместе с сестрой. Тем летом ей исполнилось девять, а Эллис, соответственно, шесть. Снимал отец, в саду возле цветущего шиповника. Если бы сейчас женщину в строгом синем костюме спросили, когда она чувствовала себя абсолютно счастливой, она без раздумий бы ответила – тогда, за неделю до своего девятилетия. За неделю до того, как начали рассыпаться в прах иллюзии, что у каждого человека равные шансы быть счастливым...

В то лето маленькой девочке с туго заплетенными косичками очень хотелось получить в подарок на день рождения кукольный домик. Она даже нарисовала его акварельными красками и повесила над кроватью, чтобы родители догадались о сокровенном желании дочери. Но тем утром, когда должны были сбыться заветные детские мечты, мама и папа торжественно вручили ей коробку с логическими играми. И пообещали сводить в кино и накормить мороженым. Но разве могло мороженое скрасить разочарование?