В тот день, когда Памела впервые встретилась с Роналдом, она сказала Марибель, что, пожалуй, стоило что-нибудь взорвать, раз это единственная возможность увидеть его. Когда он в первый раз коснулся ее, между ними словно проскочила электрическая искра. Эта ночь сулила неземное блаженство… Резко зазвонил телефон, и Памела, вздрогнув, нехотя вынырнула из темной пучины сладострастия.

— Прости, — пробормотала она, нащупывая трубку. Кто это — Марибель или отец? Стараясь, чтобы голос как можно больше походил на голос Марибель, она приглушенно сказала:

— Алло?

Это был отец.

— Ты уже легла, Марибель? Еще не спишь?.. Я хотел обсудить с тобой завтрашний обед, потому что миссис Крендэлл заболела и не сможет прийти…

Миссис Крендэлл была их кухаркой. Памела слушала вполуха. Разумеется, отец звонил не затем, чтобы обсудить завтрашнее меню. Истинной целью звонка было узнать, действительно ли Марибель в постели. Она, конечно, и была в постели, только не в своей. Марибель сбежала к жениху, потому-то Памела и оказалась здесь — чтобы прикрыть ее. К счастью, отец скоро распрощался, и, как только Памела положила трубку, крепкие руки снова обняли ее.

— Все в порядке? — прошептал Роналд.

— Теперь — да. — Она улыбнулась в темноте. — Ты обещал, что все будет как сказочный сон…

— Да, моя милая.

— Покажи мне, — прошептала Памела, ощущая растущее возбуждение.

И он показал.

Роналд проснулся на следующее утро, удовлетворенный и довольный жизнью. Внизу, в кухне, звенела посуда, а это означало, что пора подниматься, но ему не хотелось открывать глаз. Не прямо сейчас. Он спал, как младенец, и неудивительно. Они с Марибель угомонились только под утро, и Роналд в конце концов сбился со счета, сколько различных поз они перепробовали.