— А как насчет того образа жизни, к которому ты привыкла? — Мэнди задала вопрос, который, по ее мнению, наверняка волновал дядю. — Ты всегда имела все, что хотела. Как ты собираешься жить в качестве жены военного?

— Через год у меня будут собственные деньги.

— Мама оставила мне в наследство часть поместья Грампа-Уиттингтон. Она будет моей, как только мне исполнится восемнадцать. Джейсон и я ни в чем не будем нуждаться. Он уже подал прошение о переводе на восток и, я уверена, рано или поздно добьется этого. А когда отец смирится с нашим браком, возможно, он даже поможет Джейсону в продвижении по службе.

Джулия расправила плечи и вновь принялась расхаживать взад-вперед. Половицы скрипели под ее ногами, нижние юбки шуршали.

— Неужели отец не захочет понять меня? Ведь они с матерью в моем возрасте были уже женаты.

— Твой отец очень похож на моего, — сказала Мэнди. — Он считает, что всегда знает, как лучше.

— Твой отец пошлет людей, чтобы вернуть тебя домой, а потом…

— Я не поеду с ними!

Мэнди увидела, как помрачнела кузина. Джулия едва сдерживалась. «Она такая самоуверенная и решительная. Никого и ничего не боится», — подумала Мэнди и почувствовала зависть к подруге. Та была мужественной, смело смотрела жизни в лицо и брала вес, что хотела, никогда не сдаваясь.

В детстве они очень дружили. Обе семьи жили в Хайленд-Фоллзе, маленьком городишке штата Ныю Иорк, пока дядя Уильям не перевез семью в Калифорнию, а Джордж Эштон с женой и дочерью вместе с армией не перебрались ближе к границе.

Теперь она и Джулия жили в разных мирах. Дядя Уильям стал богатым и влиятельным человеком, его избрали губернатором штата Калифорния. Отец Мэнди по-прежнему служил в армии. Он рассчитывал, что когда-нибудь получит звание майора, и это было пределом честолюбивых мечтаний.