Усмехнувшись, Лэнгли шлепнул ее на прощание по стройному заду. Должно быть, хороша в постели, подумал он. Такие были в его вкусе. Интересно, подумал он, откуда она приехала. На западе женщины были большой редкостью, даже такого сорта. Эта выглядела слишком молодой и потому вряд ли долго занималась своим ремеслом. Однако, возможно, она родом из тех мест, где мужчины и женщины созревают очень рано.

Лэнгли покачал головой, размышляя о тех жестоких шутках, которые устраивает жизнь..

— Похоже, нам придется прервать игру, джентльмены. — Все еще стоя, он раскрыл свои карты и подождал, когда закончит Джеймс Лонг. Высокий, худощавый, с правильными чертами лица, Джеймс иногда казался совсем мальчишкой. Он часто улыбался и всегда выглядел довольным жизнью.

— Что случилось? — Джеймс придвинул стул ближе к столу. Темные глаза сверкнули, когда он перевернул свою последнюю карту.

Лэнгли развеселился — бубновый туз. На Джеймса, безусловно, можно было рассчитывать, когда кончались деньги. И не только играя в покер.

— Удачи вам в следующий раз, парни, — произнес Джеймс, обращаясь к сидевшим за столом: двум золотоискателям с северных рудников, техасскому скотоводу, которому, по-видимому, изменила удача, и торговцу, у которого денег было больше, чем у всех остальных, вместе взятых. Мужчины проворчали что-то в ответ, но ничего не предприняли, чтобы остановить его, когда он забирал выигрыш.

— Губернатор Эштон срочно требует нас к себе, — сказал Лэнгли. — К тому же мы и так собирались домой.

Джеймс поднялся и аккуратно смахнул прицепившуюся нитку со своего черного сшитого на заказ костюма. Лэнгли взял с края стола потрепанную широкополую шляпу и двинулся к выходу. Лонг последовал за ним.

— Эй, Лэнгли, ты куда, черт побери? За тобой за стола в конце салуна через все помещение прозвучал резкий, хриплый от виски голос Була Миллера.

Лэнгли остановился. Миллер всегда был глуп, а теперь под действием спиртного, похоже, совсем потерял разум.