В соседней комнате доктор Тадеуш играл в криббедж с Томом Мичемом, приставленным к Смиту в качестве сиделки. Одним глазом доктор смотрел в карты, а другим – на датчики. Увидев, что пульс у Смита упал до двадцати ударов в минуту, Тадеуш бросился в его комнату. Мичем вскочил следом. Гидравлическая кровать тихо покачивалась. Смит казался мертвым.

– Позвать доктора Нельсона! – приказал Тадеуш.

– Есть, сэр! – мгновенно отозвался Мичем. – А, может, сделаем электрошок, док? – неуверенно добавил он.

– Позвать доктора Нельсона!!

Мичем выбежал. Тадеуш смотрел на пациента, не решаясь прикоснуться к нему. Вошел доктор Нельсон. Он двигался тяжело и неловко, как человек, долго пробывший в космосе и еще не привыкший к земному тяготению.

– Что случилось?

– Две минуты назад, сэр, пульс и температура пациента резко упали.

– Что вы предприняли?

– Ничего, сэр, согласно вашему указанию.

– Хорошо, – Нельсон посмотрел на Смита, потом на датчики, такие же, как в соседней комнате. – Будут какие-нибудь изменения – дайте мне знать. Он собрался уходить. Тадеуш испуганно промямлил:

– Позвольте, доктор…

– Что – «доктор»? Какой диагноз вы ему ставите?

– Это ваш пациент, и мне не хотелось бы…

– Ваш диагноз?

– Хорошо, сэр. Это, скорее всего, шок, травматический шок, за которым последует смерть.

Нельсон кивнул:

– Для большинства ситуаций это было бы справедливо. Но перед вами уникальный случай. Мне уже приходилось видеть его в таком состоянии. Смотрите.

Нельсон поднял руку пациента и отпустил. Рука не упала.

– Каталепсия? – неуверенно спросил Тадеуш.

– Называйте это как хотите, только не трогайте его и всегда зовите меня. – Нельсон опустил руку Смита, покачал головой и вернулся на пост. Мичем собрал карты: